№ 18. (14.05.02) Цензурно о нецензурном. Часть 1. Из истории некоторых слов. Немного о словарях.

Есть область в русском языке, которую хорошо знают практически все. Думаю, вы догадались: речь идёт о матерных словах. Действительно, парадокс: совершенно незаметно для нас самих, мы однажды замечаем, что умеем ругаться. Откуда эти знания? Да ещё такие умения? И, главное, где-то однажды научившись, мы затем выясняем, что произносить вслух данные словечки в приличном обществе почему-то неприлично.
Этому не учат на уроках, родители тоже, вроде, не посвящают этому долгие часы. Более того: в семьях, где матерные слова не являются общеупотребительными, все почему-то молчат об этом умении и знании. Нет, иногда отвечают, но на редкость лаконично: "Ругаться нельзя". А почему? Почему нельзя, если вся страна ругается? Да что страна... Те же самые учительницы, отчитывающие нас за крепкие словечки, тоже частенько их же и употребляют. Родители, которые часто поражают своей нелогичностью, тоже, оказывается, могут крепко выразиться при случае. А те, кого всё-таки сложно поймать на громко произносимом ругательстве, оказывается, могут произнести его же, но про себя. Но, значит, они тоже ругаются?
А то, что запрещалось и не разрешалось, то, от чего порой всё-таки возникает ещё чувство стыда у некоторых из нас, можно теперь легко увидеть в книгах. Более того: появились поклонники матерящегося Пушкина, "солёненького" Лермонтова, разыскали крепкие словечки у Тургенева, (про Есенина и говорить не стоит: единственный поэт, признанный в качестве оного криминальным миром), любители мемуарной литературы разнюхали о матерке Бунина и Ахматовой. Неважно, что цитирующие "крепкие" стихотворения и четверостишия великих мастеров слова, почему-то их только вспомнить и могут (хотя, бесспорно, за некоторым исключением).
Как объяснить своему ребёнку, почему ругаться нельзя, если все вокруг говорят и пишут этими словами? Да и нельзя ли? Недаром пресловутой стала фраза одного из политиков: "Мы матом не ругаемся, мы на нём разговариваем", а ещё большую популярность приобрела цитата: "Русский язык без мата похож на доклад". Человек же, не употребляющий по личным, принципиальным или ещё каким-то другим убеждениям, соображениям, чувствам непристойные слова, почему-то становится объектом всяческого презрения и насмешек. (Нет, нет, не в уголовном мире, просто в обществе). Давайте попробуем разобраться.

Для начала попробуем выяснить, откуда же эти слова пришли в наш язык. Источников оказалось много, но они почему-то противоречат друг другу. Нет даже единой точки зрения, откуда произошло само слово мат. В некоторых справочных пособиях можно найти версию, что "мат" - это разговор (в качестве доказательства этого предположения приводится выражение "кричать благим матом"). Но почему слово мат так похоже на слово мать?
Есть ещё одна версия, связанная с тем, что слово мат пришло в русский язык после появления выражения послать к матери. Практически, это одно из первых выражений, ставших неприличным. После появления именно этого словосочетания многие слова, существовавшие и ранее в языке, стали относить к бранным и неприличным.

Вообще, надо отметить, что, практически, до 18 века те слова, которые мы сейчас относим к матерным и ругательным, таковыми вовсе не являлись. Слова, ставшие неприличными, обозначали ранее или какие-то физиологические особенности (или части) человеческого тела, или вообще были обыкновенными словами.

Так, например, глагол блядити в древнерусском языке имел значение - "пустословить, обманывать".
Мне хотелось бы привести одну маленькую цитату, (любезно присланную одним из наших подписчиков), из вступления к книге С.Логинова "Колодезь":
"Многие слова, считающиеся ныне оскорбительными прежде такими не были. Матерные слова несли функцию обычных слов. Их можно в изобилии встретить в сочинениях протопопа Аввакума и патриарха Никона и много еще где. А вот в письме запорожцев султану, написанному специально, чтобы оскорбить адресата, ни единого матерного слова нет."

Но в древнерусском языке был ещё глагол блудити - "блуждать". Словарь В. И. Даля выделяет два значения: 1) уклонение от прямого пути и 2) незаконное, безбрачное сожитие, "посему слова этого лучше в общежитии избегать". Существует версия, на наш взгляд, вполне жизнеспособная, что произошло как бы слияние двух глаголов (блядити и блудити).
Может быть, на Руси не ругались? Нет, и пили, и любили, и блудили, и ругались. Всё как сейчас. Как всегда. Причём, матерная брань уже в Древней Руси оценивалась как кощунство, оскверняющее и Матерь Божию, и мифологическую "Мать сырую землю", и собственную мать ругающегося. (Возможно, что слова-ругательства, бытовавшие на Руси, до нас не дошли, по этой причине). Однако ничего не помогало, поскольку матерные выражения сами имеют сакральное происхождение, а в языческие времена были связаны с ритуальными функциями.

Но давайте обратимся к конкретным словам, существующим ныне.

Вот история происхождения одного известного всем слова. В латинском языке было местоимение hoc (“это”). В начале 19 века данное местоимение появилось в лексике врачей. Они назначали лекарство “для этого” (родительный падеж) или “этому” (дательный падеж), что по-латыни звучит соответственно как huius и huic. Менее образованные пациенты русифицировали ученую латынь. Сначала это слово употреблялось довольно широко и без ограничений. Но потом на него было наложено табу. Скорее всего, это было связано с наложением запрета на произнесение вслух названия мужского полового органа. (Так же, как в начале 19 века было запрещено употреблявшееся в этом значении слово уд, популярное в 18 веке. Кстати, есть версия, что слова удочка и удод тоже связаны со словом уд: скорее всего, версия эта основана на сходстве формы клюва птицы и крючка).
Есть и похожая версия. Отличие заключается в том, что современное матерное слово произошло от другого латинского местоимения: huc ("сюда") и местоименного сочетания huc-illuc (сюда-туда").

В отношении следующего матерного слова существующие версии немного расходятся. Многие лингвисты считают, что оно происходит от праиндоевропейского корня pezd- ( "портить воздух, пукать"). Разница проявляется во взгляде языковедов на дальнейшую судьбу этой основы. Из какого языка она пришла непосредственно в русский? Скорее всего, через латинский. Есть точка зрения, что латинское слово pedis (“вошь”) является расширением рассмотренного выше праиндоевропейского слова (в значении “вонючее насекомое”). С точки зрения фонетики, такой процесс вполне закономерен. Уже из латинского языка оно пришло в некоторые другие языки, в том числе и славянские.
Но данная точка зрения оспаривается некоторыми учёными: сомнения вызывает непосредственно языковой процесс (преобразование праиндоевропейского корня в латинское слово) и "вонючесть" такого насекомого, как вошь. Сторонники этой точки зрения предполагают, что далёкий корень временно пропал, устарев, а потом снова вернулся в языки уже искусственным образом. Но это предположение выглядит как-то несколько натянуто.

Тем не менее, бесспорным является то, что современное нецензурное слово уходит своими корнями в далёкую языковую древность.

Вот ещё один подарок древних. В древнерусском языке было слово мудо, означающее “мужское яичко”. Слово это было малоупотребительно и не имело непристойного оттенка. А потом, видимо, оно дошло до наших времён, превратившись из малоупотребительного в употребительное.

Рассмотрим историю ещё одного, достаточно популярного ругательства. В далёком праиндоевропейском языке приставка e- обозначала действие, направленное наружу. А в латинском языке можно встретить корень bat- ("зев", "зевать"). Вполне возможно, что буквальное значение известного нам слова - “раззявить наружу”.
А.Гороховский, (статья которого на данную тему, составлена грамотно и аргументировано, в отличие от многих других), предполагает, что "глагол первоначально относился к действиям женщины (в давние времена нормальное сношение происходило в позиции “мужчина сзади”)". Он также утверждает, что "это русское слово имеет очень древнее, непосредственно праиндоевропейское происхождение, так что сей глагол является своего рода патриархом русской матерщины".
Это слово можно встретить и в некоторых словарях, в частности, в первых и посмертных изданиях В.И. Даля, в словаре О.Н. Трубачёва. Там оно представлено без подробной исторической справки.

Сколько же всего слов составляют матерный язык? В целом, где-то около сотни; в активном же словарном запасе находится, в основном, приблизительно 20-30. Но очень активно используются замены этих слов (блин, ё-моё, едрёна матрёна, япона мать, ёлки-палки, ёксель-моксель, ёрш твою медь, ёклмн и многие др.)

Хотелось бы сказать несколько слов о словарях.

Конечно, словари расширяют кругозор, образованность, призваны пополнять наш язык. В то же время они отражают и нашу историю. Но стоит ли вводить в словарь нецензурное, ругательное слово? Думаю: несомненно, стоит! В данном случае, очень верно заметил учёный Бодуэн-де-Куртенэ (редактор посмертного издания словаря В.И.Даля), сказав, что если слово есть, оно должно быть в словаре, а как его употребить, зависит от уровня культуры говорящего.

Итак, история матерных слов рассматривалась ещё В.И. Далем. Несомненно, и на сегодняшний день его собрание остаётся одним из подробных и грамотных словарей. В советское время на печатное слово была наложена цензура. Из словаря В. И. Даля, в основном, были изъяты эти слова. Словарь Фасмера тоже пострадал значительно, хотя в немецком издании этого словаря (1950-58 г.г.) некоторые примеры всё же были сохранены. Выходящий с 1974 года под редакцией О. Н. Трубачева "Этимологический словарь славянских языков. Праславянский лексический фонд" (1974 -1993) включает в себя статьи на некоторые слова, исключённые из русского Фасмера.

В 90-х годах мат особенно приобретает популярность. Началась так называемая вульгаризация речи. Стало модно ругаться матом и даже прилично. Как раз в эти годы стали издаваться ранее запрещённые книги с матерными словечками, в массовую культуру хлынули нецензурные выражения, (что особенно укрепило матерящихся в правомерности и законности такого языка). Появились даже предложения легализовать матерный язык. Развернулись дебаты, появились статьи, лингвисты обратили своё внимание на подобные слова.

Но, в основном, почти все ныне появляющиеся отечественные словари мата - плагиат. В основу плагиата, в большинстве случаев, положены не очень грамотно составленные словарики мата, издававшиеся, в основном, на Западе. Несколько раз воровали словарь А. Флегона и переиздавали или без указания места и года издания, или с фальшивыми выходными данными (например издание, вышедшее в Москве в 1993 году, имеет выходные данные "Лондон, 1973"). Словарь американцев Драммонда и Перкинса только в 1992 году был источником плагиата дважды: он был издан под фамилией А. Волкова в Минске и под фамилией Н. Кабанова в Риге.

В 1998 г. появился электронный словарь матерного языка (2500 статей).

Продолжение следует.

Leave a Reply

*