Выпуск 115. Баста, шабаш и Майковы.

Сентябрь 26th, 2007 | by ruslit |

Приветствую вас, дорогие друзья!
Спасибо всем откликнувшимся и правильно ответившим на вопрос прошлого выпуска, в котором были "спрятаны" годы жизни Александра Александровича Блока и Александра Сергеевича Пушкина.
Часть 1. Баста!
Сначала несколько слов из истории.
Сначала в России было известно существительное баста (сейчас это междометие) как термин карточной игры (ломбер), очень популярной при дворе Екатерины II, (наименование трефового туза). Напомню, что в России карты появились в конце XVI века. Но про названия карт мы поговорим в одном из последующих выпусков. А пока вернёмся к басте.
"В одной руке король и баста и маниль" (В. Майков "Игрок ломбера" - поэма, в которой автор описывает, высмеивая, увлечение азартными карточными играми. Это увлечение охватило дворянское общество в начале 60-х XVIII века).
Позже, в начале XIX века, у слова появилось ещё одно значение: "термин манежа, для оставления лошади". Приблизительно в это же время данное слово появляется и в разговорном языке (в известном нам сейчас значении - "довольно!", "хватит").
Кстати, глагол бастовать тоже сначала соотносился с карточной игрой. Пушкин пишет одному из своих знакомых: "от карт отстал...я забастовал, будучи в проигрыше". Здесь слово забастовать употреблено в значении "прекратить игру", "выйти из неё". Вторая жизнь началась у этого глагола в конце XIX века, в связи с расцветом революционного движения.
А вот забастовка есть и у Даля: "забастовкой рабочих на заводах зовут произвольный шабаш их,...отказ от работ по стачке".

Вот так: забастовка - не что иное, как шабаш. Хотя здесь стоит оговориться: ещё в XYIII в. был известен глагол шабашить - "переставать работать". Надо отметить, что ударение здесь (шабАш) падает на последний слог. Так вот в этом виде и с этим значением древнееврейское слово стало русским "новообразованием".

Часть вторая. О Майковых
Их несколько. Пожалуй, самый известный из них - поэт Аполлон Николаевич (1821-97) , русский поэт, переводчик, член-корреспондент Петербургской АН (1853). Автор многих прекрасных стихотворений и песен, в том числе и этих:
Она еще едва умеет лепетать,
Чуть бегать начала, но в маленькой плутовке
Кокетства женского уж видимы уловки:
Зову ль ее к себе, хочу ль поцеловать
И трачу весь запас ласкающих названий -
Она откинется, смеясь, на шею няни,
Старушку обовьет руками горячо
И обе щеки ей целует без пощады,
Лукаво на меня глядит через плечо
И тешится моей ревнивою досадой.

1857
В чем счастье?..
В жизненном пути
Куда твой долг велит - идти,
Врагов не знать, преград не мерить,
Любить, надеяться и - верить.


Его брат - Валериан Николаевич (1823-47), довольно известный талантливый литературный критик и публицист.
Был увлечён идеями Петрашевского, посещал его пятницы. Правда, в начале 1847 ушёл из кружка Петрашевского вместе с Салтыковым. Про своё время в середине 40-х годов он писал: «каждый спешит отдать себе отчет в характере своего призвания, бойко анализирует свои отношения к кругу, в котором находится, старается высвободиться из-под влияния, которое увлекало его в круговорот деятельности вопреки настоящему, природному влечению, одним словом, это краткий миг всеобщего раздумья, всеобщей самостоятельности, всеобщего порыва к обнаружению своей личности... Все признаки переходной эпохи. Во все это время происходило в русском литературном мире какое-то не совсем обыкновенное брожение: расклеивалось множество плотных масс, распадалось и формировалось вновь множество групп, раздавались свежие звуки новых надежд и хриплые стоны давно подавленного отчаяния». (Очень даже современно звучат эти строки).
Одно время (до середины 1847 г.) работал в "Отечественных записках", заведовал библиографической хроникой.
Умер Валерьян довольно рано: во время купания с ним случился апоплексический удар.

Был ещё один брат Майков - Леонид Николаевич (1839-1900) , вице-президент Академии наук, историк литературы, этнограф, академик.
Его диссертация на степень магистра русской словесности была посвящена былинам ("О былинах Владимирова цикла").

А вот Майков Василий Иванович (1728-78) , о котором мы говорили в начале выпуска - просто поэт. Он жил на целое столетие раньше братьев Майковых. Образование получил домашнее. Не знал толком ни одного иностранного языка, но многие проблемы были восполнены самообразованием и общением с А.Сумароковым. Из произведений больше всего были изхвестны: Ироикомические поэмы " Игрок ломбера" (1763), "Елисей, или Раздраженный Вакх" (1771), "Нравоучительные басни" (1766-67).
Именно Василий Майков считается зачинателем бурлеска в русской литературе.
Напомним, что бурлеск (франц. burlesque, итал. burlesco, от итал. burla — шутка), — своеобразный жанр комической поэзии, который строится на снижении высокого и возвышении низменного.

Ну, и напоследок одна из басен Василия Майкова:
Иголка и нитка
Иголка некогда сказала Нитке так:
«Кто в свете не дурак,
Тот ведает уж всяк,
Что я твой повелитель
И предводитель;
Куда велю тебе, ты следуешь за мной;
Дивится иногда и сам тому портной,
Что так ты мне послушна».
— «Когда б ты не была, Иглишка, малодушна,
Не поступала бы со мною грубо так.
Кто в свете не дурак,
Тот ведает уж всяк,
Что ты сама в себе движенья не имеешь
И без портного рук и двинуться не смеешь.
Внимай, а я тебя наставлю в том уму:
Послушны обе мы портному одному».

Сей басни та дорога,
Что всяка власть от бога.
(60-е годы XYIIIв.)

Вопрос сегодняшнего выпуска довольно прост.
О ком эти строки, кто их автор:
Сгонишь одну со щеки, а на глаз уж уселась другая,
Некуда спрятаться, всюду царит ненавистная стая.

Какие ещё строки этого поэта вам известны?

Варианты ответов предлагайте на нашем форуме.

Удачи вам и успехов!

Оставить комментарий

Антиспам. Ответьте, пожалуйста, на вопрос

Какое время года самое дождливое? (пишите маленькими буквами)

(с) 2001-2008, все права принадлежат интернет-журналу любителей русской словесности 'Поговорим о русском...' При перепечатке ссылка на www.ruslit.com обязательна!